«ЧУЖОЕ/и/СВОЕ» № 8
Ассорти

«ЧУЖОЕ/и/СВОЕ» № 8

«ЧУЖОЕ/и/СВОЕ» № 8

К-праздничное издание (12 июня 2021)

Про любоФФ, дни рождения и разную Швейцарию


«ВЫСОКИЕ ОТНОШЕНИЯ»

На майские праздники в конце 90-х работников телекомпании «ВиД» и прочих представителей московской (условно) интеллигенции можно было обнаружить на берегах Дона.

Охота, рыбалка, водка – палатки, костры и опять водка – с детьми и друзьями. Десять дней на природе – природно-прекрасное времяпрепровождение.

(на фото — Дима Милешин, Лёня Костюков, Серёга Супонев, Мишка и я.)

Лагеря телевизионщиков и прочих отдыхающих располагались на приличном расстоянии друг от друга. Порой в гости приходилось идти на лодках по бурлящей реке.

В какой-то раз к нам в гости стал наведоваться Михаил Туркевич. Человек заслуженный во всех отношениях. Альпинист, сумевший первым покорить Эверест ночью (!), а прочих восьмитысячников на его счету почти тридцать!

Он приходил к нам утром, к завтраку. Выпивал утренние полстакана водки, рассказывал истории из своей богатой на события жизни, закусывал чем нам Б-г послал, запивал вторым полстаканом водки и шел в свой лагерь, который был, наверное, в километре от нас.

 

— Восхождение было сложным, — начал очередную рассказку заслуженный мастер спорта.

Было ли какое-то из восхождений простым, нам не удалось узнать. И уж если Миша говорил, что восхождение было сложным, то можно себе представить, насколько ужасные условия его сопровождали.

— Погода была отвратительной. Ветер бешеный, пурга, снегопад. Надо окапываться.

— Окапываться на отвесной стене?

— Да-да! – подтверждает мое удивление Миша. – Я, значит, раскачиваюсь и делаю ледорубом такую… берлогу под свой размер и залезаю туда.

Сколько заняло времени работа по созданию ледяной хижины, альпинист не уточнил. Представив себе процесс ледорубного строительства, нам стало почему-то зябко и невыносимо страшно.

— А за нами шли швейцарцы. И вот вижу, что передо мной кто-то качается. Вьюга бешеная! Я разбил в берлоге еще несколько сантиметров, подтянул веревку и затащил человека к себе. Смотрю, а это женщина. Мне-то какая разница, а она рада, что я ее, типа, спас. Сидим, значит…

— Разговариваете?

— А как разговаривать-то, когда я — «хау-ду-ю-ду» по-английски, а она только по-французски. Ну как-то пробуем находить знакомые слова…

— И сколько же часов вы так просидели?

— Каких часов – почти два дня!

Как два дня?! В пространстве для двух скрюченных тел взрослые люди умудрились прожить на адском холоде аж двое суток! Выяснилось, что еды хватило тютелька-в-тютельку, а походы в туалет осуществлялись – удерживая друг друга фактически над пропастью. Настоящий ад!

— Ну вот, — продолжал Миша, — а через год я получаю письмо от этой швейцарки. Она написала, что у нее от меня родился ребенок.

Мы постарались представить себе, как мама и папа новоиспеченного швейцарца сумели его зачать. То ли так затейливо время коротаки, чтобы не замерхнуть, или ради медицинского эксперимента?

Или, может, иностранка решила таким образом оказаться в Книге рекордов Гиннесса за (…)? «Мама, а где вы встретились с папой?» — интересуется спустя годы дитя альпинистов. А на этот вопрос вразумительного ответа нет.

Механику и технологию процесса зачатия Туркевич не уточнил.

Вот это да! Даже буйная фантазия не позволила нам воссоздать картину произошедшего.

Собственно, вот и вся история!

А у вас, господа, картинка сложилась?!)


«Логика. Эстонские пословицы»

+ Весной жена – для работы, к зиме – для любви.
+ До женитьбы – мёд, после – редька.
+ Муж на дудочке играет, а жена голоду помирает.

(«Пословицы и поговорки народов СССР», 1973 г.)


«Цитата к месту…»

…или — каким предложением в 1977 году было можно попробовать оставить даму у себя дома.

(А. Кайдановский — М. Тереховой)


«Швейцарские корни»

Шестидесятые… Москва не жаловала разнообразием ресторанов, кафе и мест, где можно было просто выпить чай-кофе. Впрочем, в СССР общепиту не уделяли особого внимания, ограничиваясь пышными гостиничными едальнями («Россия», «Москва», «Центральная» и прочие), да национальными («Арагви», «София», «Пекин», «Будапешт»).

Да, друзья, на фото — то самое, первое кафе «Шоколадница» на Октябрьской площади. Оно! Живое до сих пор.

А вот и знаменитое меню. (Правда, не с Октябрьской, а из Парка Культуры и отдыха имени Горького.) Знаменитое оно потому, что… попасть в этот гурманский рай и отведать яства было ой как непросто.

 

8 ноября 1974 года гостей «Шоколадницы» кормили жареными курами, драчёнами (взбитые, а следом пожаренные яйца-мука-сахар; неужели сие белорусское блюдо можно есть?! Оно же поминальное!), абрикосовым ликером, напитком из сиропа, мороженым с консервированным компотом и мороженым «Планета».

Знаменитые блинчики «Шоколадница», как и «Портвейн 72», тогда, на второй день Великой Октябрьской революции закончились. И наверное, никто уже не вспомнит, откуда в «стране 15-и дружных республик» взялся виски «Привет»! (Водку «Привет» мы помним отчетливо, а вот виски…)

«Виски «Hello». Welcome to the USSR! Звучит!

У директора Панкиной и калькулятора Дорошенко не нашлось имен и отчеств; сигареты «Столичные» без наценки, а за обслуживание тем не менее требовалось заплатить аж 4 процента.

Теперь об истории самого, пожалуй, длинного названия москвоского кафе. Тут, понятно дело, всё «от» знаменитой картины Жан-Этьена Лиотара «Шоколадница». (Хотя правильней все-таки — «Прекрасная шоколадница».) Итак, предлагаю вам одну из версий — предысторий написания картины.

В 1745 году австрийский аристократ — князь Дитрихштейн решил зайти в венскую кофейню, чтобы отведать диковенную новинку — шоколадный напиток. Увидев официантку, он был настолько ею очарован, что влюбился с первого взгляда.

Несмотря на гнев и протесты знатной семьи, князь женился на милашке.

На радостях он заказал портрет невесты Жан-Этьену. Швейцарский художник, узнав статус избранницы, так и сказал князю: «Такие женщины всегда добиваются всего, чего хотят. А когда она всего добьется, бежать Вам будет некуда». Князь попросил уточнить, что Лиотар имеет в виду, на что тот добавил: «Настанет время, когда вы сами поймете. Боюсь, однако, что будет слишком поздно».

Князь не стал обращать внимания на слова художника. Мало ли чего эти писаки-мараки наговорят!

Прожили князь с экс-официанткой долгую и, говорят, счастливую жизнь. Вот так!

***

Кафе «Шоколадница» на Октябрьской.

Бульон с ватрушкой, драчёны, холодный кофе и знаменитые блинчики с шоколадом. Всё это появилось в Москве в год моего рождения. Так что… ждем с «Шоколадницей» поздравлений!))


КАДР ДНЯ

«Из общепита»

 


«КРАСАВИЦА из моего КИНО»

В 2014 году Хедвиг Ева Мария Кислер внесена в  Национальный зал славы изобретателей США.

Американка с еврейско-венгерскими корнями запатентовала систему управления торпедами. Дело было в 1942 году. Изобретательница не ограничилась антиторпедными «прыгающими» частотами. Следом дама изобрела секретные системы связи, которые по сей день используются и больше известны как «связь с расширенным спектром».

Шесть браков, трое детей, более 30-ти миллионов долларов гонорарами за голливудское кино и обнаженная роль в «Экстазе» 1933 года.

Хэди Ламарр – ее звезда на голливудской аллее славы – за «Алжир», «Странную женщину», «Рискованный эксперимент», за «тридцати плюс» фильмов.

9 ноября, в день рождения Хеди Ламарр в Германии празднуется День изобретателя.

Богатая жизнь у красавицы, как вы считаете?


P.S.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × 3 =